50 лет назад, в июле 1972 года, боевики Ирландской республиканской армии — националистической группировки, сражающейся за воссоединение двух Ирландий, — организовали серию взрывов в Белфасте. Теракты, унесшие жизни девяти человек, вошли в историю как события «кровавой пятницы». Впрочем, это был лишь один из эпизодов ожесточенного конфликта, который продлился почти 40 лет. Борьба за независимость Северной Ирландии от Великобритании привела к гибели более 3 500 человек. И хотя с окончания противостояния прошла почти четверть века, многие преступления того времени остаются нерасследованными, а их виновники не наказаны и даже не выявлены. Более того, после выхода Великобритании из Европейского союза (ЕС), число сторонников отделения Северной Ирландии продолжает стремительно расти. Не так давно на муниципальных выборах в регионе впервые в истории победила националистическая партия «Шинн Фейн». О том, почему начался кровавый конфликт в Северной Ирландии и чем современный «ольстерский сепаратизм» угрожает Великобритании — в материале «Ленты.ру».

Взрывоопасный регион

21 июля 1972 года произошла одна из самых больших серий терактов за всю историю Северной Ирландии. В течение почти 80 минут в разных районах Белфаста прогремело 20 взрывов: на мостах, транспортных развязках и паромных переправах, у магазинов, гостиниц и государственных учреждений. С высоты птичьего полета город выглядел так, будто пережил бомбардировку.

За двадцать минут до первого взрыва в местный полицейский участок поступил тревожный звонок. Неизвестный предупредил правоохранителей о бомбах, заложенных в разных частях Белфаста. К автобусной остановке Ulsterbus на Оксфорд-стрит, переполненной людьми, был направлен патруль. Однако полицейским не удалось предотвратить трагедию. Ее жертвами стали шесть человек, в том числе двое солдат и 15-летний мальчик.

События 21 июля 1972 года запомнились в истории как «кровавая пятница». Тогда Северная Ирландия переживала разгар Смуты (англ. The Troubles) — масштабного конфликта между Великобританией и ирландскими националистами из-за статуса Ольстера. Ответственность за кровавые теракты в Белфасте взяла на себя Ирландская республиканская армия (ИРА) — военизированная группировка, которая сражалась за независимость региона. Террористы хотели разрушить транспортную инфраструктуру Белфаста, однако эффект от взрывов оказался противоположным. Гибель мирных жителей серьезно ударила по репутации ирландских националистов.

Тем не менее жестокая борьба за независимость Северной Ирландии длилась после «кровавой пятницы» еще четверть века.

Все это время ольстерских националистов финансировали из разных источников. Большую часть денег и оружия они получали от ирландцев, живущих в США, в том числе от мафии. В 1980-е годы в помощи ИРА уличили ЦРУ, ливийского революционера Муаммара Каддафи, а также Палестину и Кубу. Военную и финансовую поддержку республиканцы получали также от СССР, так как коммунисты поощряли борьбу с «британским империализмом».

Апогеем жестокой борьбы стали события 30 января 1972 года — так называемое «кровавое воскресенье». Тогда британские солдаты расстреляли мирную демонстрацию за защиту гражданских прав в Дерри. Военные убили 13 человек, среди которых был священник и несколько несовершеннолетних. Тех, кто пытался сбежать, хладнокровно расстреливали в спину, а медиков и чрезвычайные службы не пропускали для оказания помощи. «Кровавая пятница», организованная бойцами ИРА в Белфасте через полгода после событий в Дерри, могла стать местью Великобритании за январскую бойню.

В том же 1972 году королева Елизавета II наградила рыцарским Орденом Британской империи полковника Дерека Уилфорда — именно он командовал солдатами, открывшими огонь по мирным гражданам в Дерри. При этом конфликт продолжался, а ИРА устраивала все новые и новые теракты. Так, 27 августа 1979 года националисты взорвали яхту кузена королевы, 79-летнего лорда Луиса Маунтбеттена, который вместе с семьей отдыхал в загородном доме на северо-западе Ирландии. Вместе с лордом погиб внук и свекровь его дочери. В тот же день ИРА взорвала британскую военную колонну на северо-востоке Ирландии и убила 18 военнослужащих.

12 октября 1984 года ИРА устроила покушение на тогдашнего премьер-министра Великобритании Маргарет Тэтчер и других высокопоставленных членов Консервативной партии. Сепаратисты взорвали бомбу в Гранд-отеле в Брайтоне, где проходил съезд политической силы. В результате атаки 5 человек погибли, более 30 получили ранения, но глава правительства не пострадала. На следующий день Тэтчер инициировала полицейские рейды против сторонников североирландских националистов. В ходе спецопераций арестовали более 10 тысяч человек, около 300 членов ИРА погибли в перестрелках. В тюрьмах республиканцев подвергали репрессиям и пыткам.

Мирный процесс между сепаратистами и Соединенным Королевством, инициированный Лондоном, начался лишь в 1990-е годы. Его итогом стало заключение в 1998-м «Соглашения Страстной пятницы» между Белфастом и Лондоном.

Положениями договора руководствуются и по сей день. ИРА впоследствии разоружилась и прекратила насильственные действия. Однако некоторые ответвления группировки существуют и сегодня.

Политическое решение устроило лоялистов, поддерживающих юнионистскую партию. Однако сторонники независимости Северной Ирландии никуда не делись. Очередной кризис в регионе произошел из-за Brexit — решения Великобритании выйти из ЕС.

Европейский вопрос

В то время как большая часть населения Великобритании проголосовала за выход из Европейского союза, более 56 процентов жителей Ольстера высказались за сохранение членства страны в ЕС. Общественный раскол в Северной Ирландии вновь обострился. Ключевым поводом для разногласий стала необходимость введения таможенного контроля на границе между ЕС и Великобританией, которая должна проходить на острове Ирландия.

Как отмечает руководитель Центра политической интеграции Института Европы РАН (ИЕ РАН) Людмила Бабынина, в период социально-экономического роста, который последовал после заключения соглашения 1998 года, между Республикой Ирландия и Северной Ирландией стали налаживаться связи на разных уровнях. В частности, усилилось экономическое и хозяйственное взаимодействие.

При этом эксперт отмечает, что в кризисные моменты противостояние двух общин закономерно обостряется. Brexit, в том виде как он реализован, — это, с одной стороны, угроза потери связей Северной Ирландии с Республикой Ирландия. С другой, при выполнении протокола, заключенного ЕС с Великобританией в рамках соглашения о Brexit, — реальная угроза для единства Соединенного Королевства. Потому что выполнение протокола объективно не соответствует интересам юнионистов и вызывает их видимое недовольство, добавляет Бабынина.   

Ирландский сенатор Марк Дэли и эксперты ЮНЕСКО Пэт Долан и Марк Бреннан заявляли, что появление границы возродит националистические настроения у ольстерской молодежи. При этом ирландские социологи считают, что граница — это символ разделенности народа, и она станет законной мишенью для всех несогласных. Такое развитие событий в перспективе может привести к новому конфликту и гражданским жертвам.

Великобритания, после решения о выходе из ЕС, долго пыталась найти компромиссное решение по Северной Ирландии. Таким решением и стал Североирландский протокол, подписанный в 2019-м. Согласно документу, Северная Ирландия остается в таможенном союзе с ЕС, несмотря на прекращение членства Соединенного Королевства в объединении. Двойной статус Ольстера позволил избежать появления границы между Северной Ирландией и Республикой Ирландия. Тем не менее в ольстерских портах начали осуществлять таможенный контроль грузов, поступающих из Великобритании. Граница с острова фактически переместилась в Ирландское море. Бюрократические сложности вызвали затруднения в поставках британской продукции в Северную Ирландию, что вызвало очередной рост общественного недовольства.

Противостояние Лондона и Брюсселя по вопросу перемещения товаров из Великобритании в Северную Ирландию назвали сосисочной войной, так как оно касается в основном поставок мясной продукции. Во время конфликта британская сторона заявила о готовности пересмотреть протокол, чтобы не допустить перебоев с поставками. В свою очередь ЕС пригрозил Великобритании санкциями за нарушение условий Brexit. Тем временем в Северной Ирландии в апреле 2021-го прошли уличные протесты против введения протокола, а в июне того же года первый министр региона Арлин Фостер была вынуждена подать в отставку. На сегодняшний день члены юнионистской общины в Ольстере отказываются формировать правительство до тех пор, пока протокол не будет отменен.

13 июня министр иностранных дел Великобритании Лиз Трасс заявила, что правительство готово отказаться от протокола. Однако в этом случае граница появится на острове, что противоречит Белфастскому соглашению от 1998 года. Власти Великобритании обращались к ЕС с просьбой ослабить положения протокола по поставкам товаров для Северной Ирландии, но им ответили резким отказом. К урегулированию противоречий уже подключились и США, поскольку ирландское лобби опасается возобновления конфликта между католиками и протестантами. И эти опасения имеют под собой основания.

Как отметила в разговоре с «Лентой.ру» руководитель Центра политической интеграции ИЕ РАН Людмила Бабынина, хорошего решения по Северной Ирландии в условиях выхода Соединенного Королевства из ЕС не существует. «Невозможно сделать одновременно три вещи: выйти из Таможенного союза и Единого внутреннего рынка ЕС и сохранить прозрачную границу на острове,» — заключила она. При этом Североирландский протокол в его существующем виде устраивает республиканцев, но фактически оставляет Ольстер в совершенно другом правовом регулировании, чем все остальные регионы Соединенного Королевства. Такая ситуация не идет на пользу государственному единству Великобритании, считает эксперт.

С этим согласен и Игорь Ковалев — доктор исторических наук, заместитель декана факультета международной политики и экономики НИУ ВШЭ. Он считает, что протокол — это мина замедленного действия в вопросе решения североирландской проблемы. По его мнению, попытка Великобритании, с одной стороны, соблюдать «Соглашение Страстной пятницы», а с другой — выполнять условия договора по выходу из ЕС, рискует не увенчаться успехом.